Ректор Ленинградских духовных школ

26 дек. 1974 г. решением патриарха Московского и всея Руси Пимена (Извекова) и Свящ. Синода 28-летний К. был назначен ректором Ленинградских ДАиС; он стал самым молодым ректором в истории академии. Офиц. вступление в должность состоялось 12 янв. следующего года. На богослужении в Троицком соборе Александро-Невской лавры в присутствии ленинградского духовенства, преподавателей, учащихся духовных школ и многочисленных верующих митр. Никодим, вручая новопоставленному ректору жезл, так определил задачи буд. ректорского служения К.: «...возглавление воспитания и формирования тех, которые будут благовестниками Евангелия, священниками Бога Вышнего и служителями Господа Иисуса Христа… развитие отечественной богословской науки, что является непременной обязанностью духовной академии, центра научной богословской мысли» (ЖМП. 1975. № 5. С. 25). Выполнить этот наказ в условиях постоянного противодействия со стороны советских властей, стремившихся к разрушению богословских и образования и науки, было не просто.

Молодой ректор дал новый импульс работе Библеистической группы, созданной в 1969 г. Ее задачей было возрождение отечественной библеистики «на основе методологических принципов, выработанных исследователями в кон. XIX - нач. XX в., и на базе организационных принципов работы над Библией, предложенных Святейшим Синодом в 1850-1860-е гг.» (Доклад председателя Библеистической группы при Ленинградской Духовной академии еп. Выборгского Кирилла на Филаретовском вечере в Московской Духовной академии 14 дек. 1976 г.- Архив СПбДАиС). В 1975 г. группа опубликовала в «Богословских трудах» ряд важных архивных документов. В 1976/77 уч. г. ректор приступил к пересмотру учебных планов, чего не делалось в ЛДАиС более 20 лет. Это была длительная и сложная работа, призванная путем системных преобразований повысить уровень подготовки семинаристов и студентов академии, приучить их к самостоятельной научной работе. В учебный процесс были введены семинары, на которых студенты в докладах осмысливали лекционный материал, к курсам лекций были составлены обязательные для самостоятельной проработки учащимися библиографические перечни, одновременно повышались требования к дипломным и курсовым работам. Не все удавалось сделать сразу: журналы совета ЛДАиС свидетельствуют, что, напр., самостоятельная работа над книгами из библиографических списков внедрялась под нажимом ректора в течение неск. лет, пока не стала нормой в учебном процессе. Еще одной задачей стала корректировка содержательного наполнения учебных курсов, чтобы сделать изучение богословских дисциплин более концентрированным и избежать повторения семинарских и академических предметов. Традиционно основные богословские курсы сначала преподавали в семинарии, а затем - по более расширенной программе - вновь читали в академии. По настоянию ректора учебные программы были переформатированы таким образом, чтобы в академии основой стала самостоятельная научная работа студентов. Одновременно началась работа по описанию в рукописном отделе Государственной публичной б-ки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина архивов СПбДА, Н. Н. Глубоковского, И. И. Бриллиантова.

Хиротония архим. Кирилла (Гундяева) во епископа Выборгского. 14 марта 1976 г.
Хиротония архим. Кирилла (Гундяева) во епископа Выборгского. 14 марта 1976 г.

3 марта 1976 г. Свящ. Синод под председательством патриарха Пимена принял решение о возведении ректора Ленинградских духовных школ в сан епископа Выборгского, викария Ленинградской епархии. К этому времени К. помимо ректорского нес и церковно-адм. послушание - являлся председателем епархиального совета Ленинградской митрополии (это послушание сохр. за ним все время служения в Ленинграде). 13 марта 1976 г. в храме ЛДА состоялось наречение К. во епископа, 14 марта, в Неделю Торжества Православия, в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры была совершена епископская хиротония К., к-рую возглавил митр. Никодим. При вручении архипастырского жезла митр. Никодим сказал новопоставленному епископу: «…мне ведома сила призвания твоего, настроения и желания твои, мне известен тот внутренний пламень, с которым ты служишь Спасителю мира. Таким пришел ты в духовную школу, таким стал ты священномонахом, таким был ты на всех послушаниях, куда направляла тебя Десница смотрения Божия. Послушания, которые ты проходил, и для людей с годами и жизненным опытом были бы серьезны, и трудны, и сложны, нелегки они были и для тебя в юные годы твои, но силы твоего существа, отданные навсегда Святой Церкви, ты посвящал без остатка порученному тебе делу и был верный сын послушания. Будь таким до конца твоих дней, совершая Божие дело, врученное твоему попечению, в искренней простоте и с сердечным усердием. Служи Богу твоему так, как служили Ему все избранные Им» (ЖМП. 1976. № 6. С. 11-12). В окт. 1976 г., высоко оценив научно-образовательные достижения ЛДАиС и стремление профессорско-преподавательского коллектива во главе с ректором к повышению уровня преподавания и богословских исследований, патриарх Пимен удостоил академию ордена равноап. кн. Владимира 1-й степени.

В 1978 г. на обучение в регентский класс при ЛДС были приняты 4 девушки. Чтобы преодолеть сопротивление властей этой инициативе ректора, было организовано прошение правосл. женщины из Финляндии, выразившей желание обучаться церковному пению при академии. В 1979 г. состоялось офиц. открытие регентского отделения, поддержанное председателем учебного комитета при Свящ. Синоде митр. Таллинским и Эстонским Алексием (Ридигером; впосл. патриарх Московский и всея Руси Алексий II), к-рое стало важным событием в жизни Ленинградских духовных школ. К. писал в те годы: «Пению в христианском богослужении отведено чрезвычайно видное место. В многочисленных произведениях древней гимнографии - стихирах, тропарях, кондаках и акафистах, положенных на музыку, раскрываются перед молящимися догматы Церкви, в них прославляются величие и благость Божии, изъясняется значение празднуемого события». Однако в послевоенный период, когда после жесточайших гонений 20-30-х гг. вновь открылись сотни храмов, культура церковного пения уже была во многом утеряна. К кон. 70-х гг. XX в. положение оставалось не многим лучше, в основном вслед. отсутствия профессиональных регентов и учебных заведений для их подготовки. Создавая регентское отд-ние в ЛДАиС, ректор так сформулировал свою задачу - учреждение «такой школы, которая бы явилась воплощением желаний регентов старой России, школы, в которой будущие руководители церковных хоров получили бы все необходимые знания» (К реорганизации регентского класса при Ленинградских духовных академии и семинарии // ЖМП. 1980. № 5. С. 13-15). 1 сент. 1979 г. 20 студенток регентского отд-ния приступили к учебе.

Божественная литургия в храме св. Иоанна Богослова Ленинградских духовных школ. 1976 г.
Божественная литургия в храме св. Иоанна Богослова Ленинградских духовных школ. 1976 г.

Особой заботой ректора было преподавание древних и новых языков: были разработаны новые курсы церковнослав. языка, оборудован лингафонный кабинет, в академии в рамках преподавания греч. языка был введен курс по текстологии НЗ с самостоятельными работами студентов. В годы ректорства буд. Патриарха ЛДАиС фактически стали одним из образовательных центров мирового Православия: число студентов из братских правосл. Церквей все время возрастало, в результате в 1981/82 уч. г. был образован фак-т иностранных студентов с программами преподавания рус. языка. Ректору удалось организовать новые научные кафедры (кафедру литургики в 1981/82 уч. г., кафедры общецерковной истории и истории Русской Церкви и слав. Церквей в 1982/83 уч. г.). Новые учебные курсы настоятельно требовали и др. учебников. Были созданы новые или серьезно переработаны прежние пособия по Свящ. Писанию, основному богословию, византологии, церковной археологии, новейшей истории, истории унии (что было очень важно в связи с большим числом учащихся из зап. областей Украины, где исторически позиции унии были сильны). Ректор принимал непосредственное участие в рецензировании и научном редактировании новых учебников и пособий. Важнейшей задачей духовной школы К. считал преодоление разрыва между рус. богословской наукой, находившейся в вынужденной изоляции, и достижениями зап. богословской мысли. Он поставил на систематическую основу перевод сочинений зап. авторов на рус. язык: «Я организовал целый цех переводчиков, которые занимались переводом современной богословской литературы, как католической, так и православной. До сих пор у меня в моей личной библиотеке хранятся напечатанные на машинке эти переводы: итогов богословия двадцатого века, книг Карла Ранера, Бальтазара и так далее. И мы не держали это просто в каких-то запасниках, мы вводили всю эту литературу в учебный процесс» (L'Évangile et la liberté. 2006. P. 32).

Благословение детей. Храм св. Иоанна Богослова Ленинградских духовных школ. 1976 г.
Благословение детей. Храм св. Иоанна Богослова Ленинградских духовных школ. 1976 г.

Помимо административной работы ректор вел преподавательскую деятельность. Начиная с 1975/76 уч. г. он читал на 1-м курсе академии лекции по патрологии, в нач. 80-х гг. также читал лекции по истории экуменизма в аспирантуре при МДА. К. выступал с лекциями в богословских центрах Финляндии: в ун-те в Хельсинки, на пастырском семинаре в Куопио, в Турку, в отечественных академических ин-тах, напр. в Ин-те востоковедения АН СССР в Ленинграде, издавал свои научные статьи и исследования. После публичной лекции «Особенности раннехристианского церковного устройства в свете решения вопроса о времени и месте происхождения Дидахи» (20 марта 1978) К. было присвоено звание доцента (28 марта 1978).

Одну из главных своих задач как организатора церковной науки и образования К. видел в соединении церковного знания с нуждами совр. церковной и общественной жизни: открытые и сформулированные отцами и учителями Церкви знания о Боге, Церкви, человеке необходимо вписывать в конкретный историко-культурный контекст.

Ректор активно вовлекал преподавателей и студентов Ленинградских духовных школ в международную деятельность. Представители ЛДА участвовали в богословских диалогах, в ассамблеях Синдесмоса, в заседаниях центрального комитета и различных рабочих групп ВСЦ. В Ленинградских духовных школах проводились международные семинары и конференции, на к-рые приглашали видных богословов из-за рубежа; студенты и преподаватели ЛДА смогли посетить Св. землю (дек. 1980). Активная международная научная деятельность ленинградских духовных школ не только расширяла богословский кругозор преподавателей и студентов, но и способствовала укреплению авторитета и позиции ЛДА в ее противостоянии богоборческой власти.

Академическую деятельность К. совмещал с работой на церковно-дипломатическом поприще. Спустя полгода после хиротонии он был назначен заместителем патриаршего экзарха Зап. Европы в помощь в этом служении митр. Никодиму. После назначения экзархом митр. Филарета (Вахромеева) К. было поручено окормление патриарших приходов в Финляндии. В 1976 г. К. вошел в Комиссию Свящ. Синода по вопросам христ. единства и межцерковных сношений (с 1979 Комиссия по вопросам христ. единства) и стал принимать самое активное участие в работе этого органа, в к-ром под председательством митр. Никодима разрабатывалась стратегия дипломатической деятельности Русской Церкви в международной обстановке «холодной войны». К. сразу стал одним из ведущих дипломатов Русской Церкви. В наиболее драматичный период международного противостояния эта ответственность только возрастала - и в связи с преждевременной кончиной митр. Никодима 5 сент. 1978 г., и в результате смены руководства ОВЦС в 1981 г. (35-летний К. был одним из 4 кандидатов, предложенных митр. Ювеналием (Поярковым), на должность председателя ОВЦС в 1981).

Заупокойное богослужение на могиле митр. Ленинградского и Новгородского Никодима (Ротова)
Заупокойное богослужение на могиле митр. Ленинградского и Новгородского Никодима (Ротова)

Игуменское кладбище Александро-Невской лавры. 1978 г. 2 сент. 1977 г. решением патриарха Пимена К. был возведен в сан архиепископа. К. сопровождал патриарха Пимена в зарубежных поездках, в т. ч. во время офиц. визита к К-польскому патриарху Димитрию I (окт. 1977), участвовал в интронизации Католикоса-Патриарха всей Грузии Илии II (дек. 1977), в праздновании 1300-летия основания Болгарского гос-ва (нояб. 1980) и др. 23 дек. 1980 г. К. был назначен членом Комиссии по организации празднования 1000-летия Крещения Руси.

В годы ректорства в ЛДАиС К. активно трудился и в сфере международных контактов. В окт. 1978 г. участвовал в собеседованиях с представителями Римско-католической Церкви, представлял РПЦ на 1-й встрече Смешанной Православно-Римско-католической комиссии на островах Патмос и Родос в мае-июне 1980 г. По сути, будучи с 1977 г. секретарем Межправославной технической богословской комиссии по подготовке богословского диалога с Римско-католической Церковью, К. во многом определил позицию правосл. Церквей в преддверии начала богословского диалога. Принцип равенства и доверия в диалоге сохранялся до рубежа 80-х и 90-х гг. XX в., когда отношения между правосл. и католич. Церквами осложнились из-за агрессивной деятельности греко-католич. Церкви на Украине.

Много сил требовалось для постоянной работы в ВСЦ, где с 1975 г. К. представлял РПЦ в качестве члена ЦК и исполкома ЦК ВСЦ, работал в комиссии «Вера и церковное устройство», в 1976 г. был включен в состав важного рабочего органа - Комитета по пересмотру программ и деятельности ВСЦ. Его избрание в ЦК ВСЦ состоялось на V ассамблее ВСЦ (Найроби, 23 нояб.- 10 дек. 1975). На этой ассамблее позиции правосл. делегаций были учтены не в полной мере и по вопросам о единстве Церкви, о развитии миссии, и о едином дне празднования Пасхи. Через неск. дней после возвращения рус. делегации Свящ. Синод поручил Комиссии по вопросам христианского единства и межцерковных сношений проанализировать документы ассамблеи и подготовить заявление Русской Церкви. Подготовить этот проект митр. Никодим поручил К. В принятом на заседании Свящ. Синода 3 марта 1976 г. послании Свящ. Синода РПЦ председателю ЦК ВСЦ архиеп. Эдуарду Скотту и генеральному секретарю ВСЦ д-ру Ф. Поттеру были сформулированы основополагающие тезисы отношения Русской Православной Церкви к вопросам экуменизма: «Миссионерство и «совместное свидетельство»… без достижения единства в вере и в основах канонического устройства не только не содействуют подлинному единству, но могут быть препятствием на пути к нему, принося трудно и медленно достигаемое единство в жертву внешним эффектам, когда искусственно замалчиваются вероисповедные различия перед внешним миром... По нашему глубокому убеждению, без достижения единства в вере и основах церковного устройства не может быть подлинно «общего христианского свидетельства», а следовательно, и достаточного успеха объединенных действий в миссии… Другой опасностью, серьезно угрожающей христианскому единству... является питаемая некоторыми участниками экуменического движения иллюзия, что Всемирный Совет Церквей будто бы может достичь такой степени сближения своих Церквей-членов, что одна из будущих его генеральных ассамблей превратится во Всехристианский Собор. Думать так - значит предполагать, что Всемирный Совет Церквей может в будущем стать некоей «сверх-церковью»... Священное Писание и опыт Церкви исключают возможность конвергенции христианства с секулярными идеологиями. Именно поэтому диалог должен априори не допускать идеи таковой конвергенции. Что касается диалога с представителями нехристианских религий, то он на тех же основаниях ни в какой степени не должен вести к синкретизму. Православная Церковь не может присоединиться к позиции протестантского большинства, допускающего возможность женского священства, нередко выражающего свое отношение к этой проблеме в чуждых Божественному Откровению секулярных категориях...» (ЖМП. 1976. № 4. С. 7-13). Важность этого послания была особо отмечена в докладах на 1-м Всеправославном предсоборном совещании в нояб. 1976 г. Стало очевидно, что следует принципиально усилить позиции правосл. Церквей в ВСЦ. Эта задача была возложена на новый состав Комиссии Свящ. Синода по вопросам христ. единства и межцерковных сношений, в к-рую был включен К.

В янв. 1979 г. в Кингстоне (Ямайка) на заседании ЦК ВСЦ К. вновь стал членом исполкома ВСЦ. В июле 1979 г. К. возглавлял делегацию РПЦ на Всемирной конференции «Вера, наука и будущее», проходившей в Массачусетском технологическом ин-те (США), и являлся президентом конференции. Его доклад «Основные аспекты христианской ответственности в перспективе ядерного разоружения» был принят с большим вниманием и получил поддержку форума. Позиции РПЦ в международной сфере видимо укреплялись.

В 1984 г. состоялось празднование 175-летия ЛДА. 9 окт., в день памяти ап. и евангелиста Иоанна Богослова, в академическом храме была совершена Божественная литургия, а затем в зале академии в присутствии многочисленных гостей состоялся торжественный акт, на котором К. произнес речь. 26 дек. академия праздновала 10-летие пребывания К. в должности ректора. Прямо во время празднования ректору принесли телеграмму, в к-рой сообщалось, что решением патриарха и Свящ. Синода он освобождается от должности ректора и назначается архиепископом Смоленским и Вяземским. Для К. и для всего профессорско-преподавательского состава академии это было полной неожиданностью. Но не для следивших за Церковью спецслужб, у к-рых деятельность молодого архиепископа вызывала раздражение. В документе Ленинградского областного управления КГБ К., по свидетельству бывш. начальника Смоленского областного управления КГБ А. И. Шиверских, был охарактеризован как «фанатик», который «проводит большую работу по вовлечению молодежи в православную веру», а т. к. он «умело использует средства массовой информации в пропаганде религии», то круг его последователей растет (об этом см. в кн.: Шиверских А. И. Разрушение великой страны: Записки генерала КГБ. Смоленск, 2005). Т. о., для ссылки активного архиерея в глухую провинциальную епархию у властных структур имелось немало причин.

Вы можете скачать «Биографию» в удобном для Вас формате

Запись в Воскресную школу


Присоединяйтесь к Молодежному клубу


Обратная связь

Если у Вас возникли какие-либо вопросы, их можно задать с помощью этой формы.


Сделать
пожертвование
В Соборном храме святого благоверного князя Игоря Черниговского выставлены для поклонения святыни и части мощей святых угодников Божиих